Читайте также
Заработать на самом ценном
Мечта любой модницы

Происхождение понтийской группы популяций

(2)

Непосредственное отношение к проблеме реальности днепровского варианта понтийского типа и к выяснению его места в расовой систематике имеют антропологические исследования современного населения Украины, осуществленные В. Д. Дяченко (1965). Полно изучены в настоящее время и другие этнические группы, относящиеся к понтийскому типу за пределами Кавказа. Обширные материалы по антропологии современного населения Болгарии собраны М. Поповым (1959), по населению Румынии — О. Некрасовой (Nekrasov, 1940).

На первый взгляд положение понтийской группы популяций среди типов европеоидного расового ствола вполне определенно и не нуждается в специальном рассмотрении. В самом деле, темная пигментация представителей этой группы, по которой они, по-видимому, не отличаются от классических средиземноморцев западных районов распространения средиземноморской расы, вполне определенные различия ее с типами центральноевропейской группы популяций, наконец, четкая приуроченность понтийской группы в настоящее время к территории Северного Кавказа и Балканского полуострова, то есть к областям, значительно удаленным от ареала, занимаемого представителями северной ветви европеоидов,— все это придает полную убедительность помещению понтийского типа в рамки средиземноморской ветви европеоидной расы, как это и было сделано В. В. Бунаком. Несмотря на то что он сам отмечал наличие северных европеоидов в Закавказье в эпоху поздней бронзы и раннего железа, это обстоятельство не оказало влияния на решение вопроса о месте понтийского типа. Независимое от какой-либо примеси северных элементов происхождение этого типа получило подтверждение и в значительно более поздней работе В. В. Буиака, посвященной общим проблемам классификации рас земного шара (1956).

Иная точка зрения была высказана Г. Ф. Дебецом, поместившим понтийский тип вместе с центральноевропейским и атлантическим в центра л ьноевропейскую группу антропологических типов, занимающую промежуточное положение между южной и северной ветвями европеоидного ствола. Правда, сам Г. Ф. Дебец пишет, что эти три типа, как и их положение в системе, «представляют собой один из возможных вариантов классификации» (Дебец, 1953, стр. 86). Но осторожное отношение автора к своей схеме отнюдь не может зачеркнуть того факта, что понтийский тип в этой схеме фигурирует в качестве промежуточной формы, образовавшейся в результате смешения обоих главных подразделений европеоидной расы. Таким образом, положение понтийского типа даже в новейших классификационных схемах заметно различается.

Каковы критерии отнесения любого европеоидного типа к той или иной ветви европеоидного ствола? Основным и чуть ли не единственным из них является пигментация. Практически только признаки пигментации, в первую очередь цвет глаз и цвет волос, обнаруживают закономерные географические вариации и отличают население Скандинавии от населения Средиземноморского бассейна. Форма носа, например, играющая столь большую роль при дифференциации антропологических типов Восточной Европы, теряет, по-видимому, свое значение на побережье Атлантического океана (Дебец, 1958). Правда, отдельные относительно денигментированные группы встречаются и среди народов Средиземноморья. В редких случаях некоторая тенденция к посветлению волос и глаз может быть отмечена и у европеоидных народов Северной Африки (см., например: Coon, 1931). Но по отношению к этим народам нет больших оснований полагать, что посветление волос и глаз связано непременно с влиянием примеси северных элементов. Больше оснований видеть в нем результат направленного изменения признаков вследствие изоляции, как это и делают многие современные специалисты (см., например: Hooton, 1958, стр. 592).

Выше уже говорилось, что абхазо-адыгейские народы и аджарцы по цвету волос и глаз мало отличаются от наиболее темнопигментирован-ных этнографических групп грузинского народа и в то же время, по данным грузинских антропологов, могут быть резко противопоставлены русским и особенно эстонцам, которых можно условно рассматривать в качестве представителей северной расы. Правда, при сравнении с азербайджанцами представители понтийского типа и более светловолосы, и более светлоглазы, что особенно заметно у аджарцев, но эти различия не имеют абсолютного характера: шапсуги Лазаревского района, например, отличаются более темными глазами, чем некоторые группы азербайджанцев Куринской долины (рис. 51). Болгары, по материалам М. Попова, также характеризуются очень темным цветом волос и глаз. Правда, территориальное распределение этих признаков обнаруживает определенную закономерность — цвет волос и глаз постепенно светлеет по направлению с юга на север. Но как раз на юге особенности понтийского типа выражены в наиболее чистом виде, а на севере весьма вероятна инородная примесь. Посветление волос и глаз должно быть отмечено и в области Родоп. Однако там оно может быть следствием направленного изменения признаков (см.: Алексеев, 1962), а также славянского или фракийского влияния, на что М. Попов обращает специальное внимание.

Некоторое посветление пигментации у представителей понтийского типа фиксируется, следовательно, лишь при сравнении их с народами Восточного Закавказья и Передней Азии. Можно было бы предположить, что только последние сохранили в чистоте первоначальные особенности средиземноморской расы и не содержат примеси северных элементов. Но такое предположение ничем не отличается от идеи о повсеместном распространении северной расы в древности на территории Средиземноморья, защищавшейся фашистскими идеологами расизма (см.: Дебец, 1938). Оно не получает подтверждения в фактических данных, свидетель


<-Предыдущая страница....Следующая страница->