Читайте также:
  • Автоматика для ворот
  • Несколько слов о происхождении абхазо-адыгейских народов

  • Первая игрушка - первая радость

    Самые первые дни жизни малыша приносят больше всего радости и любви и ему и его родителям. Ведь маленькое чудо, лежащее в кроватке, так нуждается в тепле и ласке, так хочет познать окружающие его мир. Поэтому каждая погремушка, каждая игрушечка одинаково радостны и малютке, и его родителям. Ведь нет ничего приятнее для родителей, чем веселый смех их малыша.


    Еще раз о постановке проблем этногенеза

    Опубликовано:2015-12-22

    Перед тем как перейти к рассмотрению проблем этногенеза народов Кавказа в свете антропологических данных, нельзя не остановиться на обсуждении теории этногенеза в целом. В связи с широким развертыванием исследований по этнической истории народов СССР и местом, которое занимают в этих исследованиях проблемы происхождения отдельных народов, теоретическая разработка вопросов этногенеза в советской исторической литературе занимает существенное место. Учение о смене общественно-экономических формаций нашло конкретное отражение в попытке выделить основные этапы этнической истории человечества (Тол-стов, 1961). Отдельные теоретические проблемы этногенеза — необходимость комплексного подхода к этим проблемам, удельный вес разных материалов в освещении этногенетического процесса, соотношение письменных источников и этнографических, археологических, а также антропологических данных — неоднократно освещались в советской исторической и этнографической литературе (Токарев, 1949; Левин, 1961). Конкретная роль разных материалов в комплексной разработке вопросов происхождения народов также продемонстрирована в специальных работах: антропологического материала — в статье Г. Ф. Дебеца, М. Г. Левина и Т. А. Трофимовой (1952), археологического — в статье П. Н. Третьякова (1962), лингвистического — в статье Г. С. Кнабе (1962).

    Казалось бы, после всех указанных работ нет нужды снова возвращаться ко всем этим вопросам. Тем не менее разнобой, который выявляется даже во взглядах специалистов, как только затрагиваются этно-генетические темы, не может быть оставлен без внимания. Характерна в этом отношении книга Ф. П. Филина (1962), посвященная рассмотрению происхождения восточнославянских народов под углом зрения лингвистических данных. Данная книга привлекает внимание тщательным анализом этих данных, интересной постановкой целого ряда вопросов и, несомненно, представляет огромный интерес для представителей всех специальностей, в той или иной мере соприкасающихся со славянским этногенезом. Но вопреки теоретическому тезису о необходимости комплексного подхода к решению этногенетических проблем, доказанному и практически успешными результатами сопоставления разных данных, автор объявляет, что последнее слово в этногенетическом исследовании остается за лингвистическим анализом. При этом он исходит из того, что основным этническим определителем является язык.

    Примеры одностороннего использования какого-нибудь одного вида исторических источников можно увеличить. Так, только на основании археологических данных часто рассматриваются отдельные моменты в древней истории индоевропейских народов и решаются проблемы их происхождения. В качестве образца можно указать на работы А. Я. Брю-сова (1958, 1961), в которых делаются ответственные выводы о прародине и древних миграциях индоевропейцев на базе сравнения археологического инвентаря различных культур юга европейской части СССР. Между тем как раз в этой области лингвистика накопила большое количество данных, проливающих свет па темные страницы индоевропейской истории (обзоры их: Десиицкая, 1955; Георгиев, 1956; Горнунг, 1963). В результате к бесчисленным гипотезам индоевропейской прародины (перечисление и разбор их: Толстов, 1950; Bosch-Gimpera, 1961; Devoto, 1962) прибавилась еще одна, обоснованная, как и остальные, лишь частью из всей совокупности данных и поэтому не могущая претендовать на полную убедительность.

    Мы видим, следовательно, что попытки обсуждения путей, этапов и форм этногенетических исследований не потеряли своей актуальности и в настоящее время. Ниже делается попытка критически рассмотреть удельный вес разных материалов в решении этногенетических задач и пути их сопоставления.

    Исторические рамки этногенетического исследования. На первый взгляд кажется, что этногенетические вопросы можно решать с помощью одних только письменных источников, особенно в тех случаях, когда их число велико, а формирование этнической специфики народа падает на позднюю эпоху. Так, например, письменные источники дают возможность обстоятельно исследовать многие процессы этнической истории русского народа (Черепнин, 1958). Аналогичным образом велика их роль в изучении этногенеза, скажем, многих народов Северного Кавказа, сложившихся также во II тысячелетии н. э. (см., например: Лавров, 1956, 1956а; Алексеева, 1959). Но в последнем случае, правда, количество письменных источников много меньше, чем в первом, и они содержат в силу своей специфики (неместное происхождение) много лакун. Однако возможности использования письменных источников во многом определяются их происхождением и характером, то есть, иными словами, теми обстоятельствами, принадлежат ли они тому пароду, происхождение которого изучается, или его соседям и паходилпсь ли эти соседи с ним в дружественных или во враждебных отношениях. Сюда прибавляются часто неясное изложение и неполнота сохранности письменных памятников, усугубляющие трудности их истолкования (Рыбаков, 1955, 1958, 1963; Лихачев, 1962).


    ::Следующая страница::