Читайте также:
  • Коллектив "Знаево" – секрет Вашего карьерного успеха
  • О положении выделенных типов в расовой систематике
  • Когда хочется уединиться

  • К происхождению каспийской группы популяций

    Опубликовано:2015-12-21

    Место каспийской группы популяций в систематике большой европеоидной расы не вполне ясно до сих пор. Точки зрения многих современных исследователей если и не исключают взаимно друг друга, то во всяком случае сильно разнятся одна от другой. Большинство сближает каспийский тип с антропологическими типами Средней Азии и Северной Индии (Ярхо, 1934; Рогинский, 1941; Рогинский, Левин, 1955, 1963; Абдушелишвили, 1964), следуя за Е. Фишером, впервые выделившим восточную, или ориентальную, расу, к которой он и отнес туркмен и азербайджанцев (Fischer, 1923). Но дальше начинаются расхождения: каспийский тип включается в передне азиатскую расу (Дебец, 1948), он представляется длинноголовой модификацией переднеазиатской расы (Ошанин, 1953, 1957), каспийский тип относится к средиземнобалканской расе (Чебокса-ров, 1951). В. В. Бунак (1947) сближал каспийский тип с понтийским, основываясь, очевидно, на форме головы, и включал его в средиземноморскую расу. Наконец, в одной из последних таксономических работ В. В. Бунак сближает его с типом Среднеазиатского междуречья, выделенным Л. В. Ошаниным (1931), или, что тоже самое, памиро-ферганс-ким, выделенным А. И. Ярхо (1933а, 1936).

    Не менее разноречива употребляемая разными авторами терминология: термины «восточный», «восточносредиземноморской», «хорасанский», «каспийский» одинаково употребительны и используются как синонимы в разных классификациях. Термин «каспийский», предложенный В. В. Бунаком (1947), представляется мне наиболее удачным, так как он основан не на этническом, а на географическом названии. Кроме того, чрезвычайно важно то обстоятельство, что этот термин содержит достаточно определенное указание на локализацию обозначаемого типа в пространстве.

    Генезис каспийской группы популяций связан с генезисом арменоидной группы через одно в общем довольно случайное обстоятельство. Дело в том, что если мы принимаем брахикефалию арменоидов за сравнительно позднее новообразование, а для этого, как мы убедились, есть веские основания, то теряется критерий отделения арменоидного типа от каспийского на палеоантропологическом материале и, следовательно, затрудняется установление связи современного населения с древним. Краниологических материалов по современным этническим группам, относящимся к каспийской группе популяций, мы не имеем, а соматоло-гические данные при попытке перевести их на краниологический масштаб (размеры головы и лица и их соотношения, выступание носа) не обнаруживают ощутимой разницы с армянами. С помощью палеоантропологических материалов аналогии каспийскому типу в древнем населении Азербайджана могут быть прослежены вглубь до начала I тысячелетия до н. э.

    Однако это заключение основывается практически лишь на рассмотрении двух признаков — ширины лица и выраженности европеоидных особенностей, которые только и могут быть определены на палеоантропологическом материале. Аналогичное сочетание признаков известно на территории Закавказья и раньше, а в Передней Азии восходит к рубежу IV—III тысячелетий до и. э. — Эль-Убейд (Keith, 1927), Тепе-Гиссар (Krogman, 1940, 1940а). К сожалению, пока нет оснований предполагать, что это древнее население характеризовалось непременно такой же пигментацией и таким же волосяным покровом, что и современные азербайджанцы. Отличительные особенности арменоидной группы популяций — обильный волосяной покров и, очевидно, несколько более светлая пигментация, краниологически неопределяемые, складывались в общем в той же этнической среде и в широком смысле слова на той же территории. Поэтому поиски аналогий каспийской группе популяций в палеоантропологических материалах носят пока до известной степени гипотетический характер.

    При рассмотрении генезиса каспийского типа можно исходить, следовательно, только из морфологии современного населения и косвенных соображений. Анализ среднеазиатских аналогий антропологическому типу азербайджанцев среди туркмен (у которых, правда, заметна значительная примесь монголоидных элементов) произвел А. И. Ярхо (1933), и к нему нечего добавить. Темная пигментация азербайджанцев, так же как и туркмен, при сравнительно несильном развитии волосяного покрова заставляет искать аналогии их антропологическим особенностям на восток от ареала представителей переднеазиатской расы — среди длинноголового темнопигментированного населения Афганистана (Дебец, 1965, 1965а; Debetz, 1968) и Северной Индии (литературу см.: Алексеев, 19646).

    Исходя из соматологических материалов, территорию Передней Азии в целом можно, следовательно, разделить на две зоны — западную и восточную. Западная (Турция, Иран) — ареал формирования передне-азиатской расы, восточная (Афганистан, Северная Индия) — ареал формирования иидо-афганской, или индо-памирской, расы, в состав которой включается каспийский тип. Так как палеоантропологические данные говорят о преимущественном распространении длинноголового и относительно грацильного населения, которое могло послужить основой для формирования как переднеазиатской, так и индо-памирской рас по всей этой территории, то трудно сказать, входил ли сам Азербайджан непосредственно в ареал формирования индо-памирской расы и уже — каспийской группы популяций. Во всяком случае последняя отчетливо выражена на территории Дагестана.

    С другой стороны, каспийская комбинация признаков ни у одного из дагестанских народов не выражена в чистом виде — можно говорить лишь о ее более или менее заметной примеси, преимущественно в составе народов лезгинской языковой группы и кумыков. Поскольку все признаки, отличающие дагестанские народы от азербайджанцев, встречаются в комплексе (потемнение пигментации сопровождается более узким лицом и менее развитым волосяным покровом), постольку есть основания полагать, что территория Дагестана не входила в зону формирования каспийской группы популяций. Очевидно, она распространилась с юга вдоль каспийского побережья по равнинным и предгорным районам Дагестана и только по долинам Самура и Чирах-Чая представители этой группы проникли высоко в горы. Время их проникновения, надо полагать, древняя эпоха, но отсутствие сведений о морфологических особенностях древнего населения непосредственно этого района не дает возможности конкретизировать это утверждение.